Храмчихин о Ельцине
Dec. 9th, 2006 02:11 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
occuserpensСледить за республиканско-неоконской публицистикой в National Review, Weekly Standard, Wall Street Joutnal, Jerusalem Post, YNews и др. - занятие сложное, очень мягко говоря малоприятное, но необходимое.
Дело в том, что когда дело доходит до смыслового тенниса неоконских подручных в России, с этой точки зрения очень многое проясняется. Конечно, ельцинская революция - это их общее идеологическое достояние. Без ее "достижений" как неоконская, так и ельцинистская школы внешнеполитического "идеализма" просто теряют смысл.
Во-первых, для неоконов "расцвет демократии" в пост-советском пространстве в 1990х гг - главное историческое достижение их кумиров Рейгана и Тэтчер. Во-вторых, их главная внешнеполитическая цель - глобальный экспорт "демократии" ельцинского типа в первую очередь на БВ, обустройство БВ по ельцинскому образцу.
Отсюда видно, что активная поддержка российских ельцинистов для западных неоконов крайне важна. Что касается их российской пятой колонны в лице Павловского, Белковского и тех, кого они "курируют", то, помимо очевидных материальных благ, у них есть и сильная идеологическая мотивация.
На самом деле, неоконское поощрение ельцинизма - это как раз то, что российские ельцинисты различных мастей гордо и многозначительно именуют "интеграцией русской и западной цивилизаций".
Хорошо известно также, что по циркулярной неоконской логике, они всегда и во всем правы, а корень всех проблем в нерадивости их политических предшественников, кознях "террористов" и прочих врагов "демократии", а также в т.н. "нехватке моральной определенности" (lack of moral clarity). В переводе на человеческий язык, последнее означает просто недостаточную последовательность претворения неоконских идей в жизнь.
Исходя из всего этого, последний текст Храмчихина в РЖ как предсказуем, так и по-своему фееричен. Главное для г-на Храмчихина - умение возбуждать политические эрогенные зоны читателей таким образом, чтобы eльцинистское политическое наследие выглядело наилучшим образом, а во всех проблемах были виноваты предшественники и последователи "дедушки" ЕБНа.
Ровно это Храмчихин и делает. По сути он форматирует дискуссию так, чтобы направить недовольство нынешним курсом - в сторону возрождения благословенных "ельцинских норм". Иными словами, в очередной раз клонируется старая хрущевская идея осуждения оппонента в пользу возврата к идеям отца-основателя, только в данном случае это не Ленин, а Ельцин.
Александр Храмчихин. Верните дедушку!
Дело в том, что когда дело доходит до смыслового тенниса неоконских подручных в России, с этой точки зрения очень многое проясняется. Конечно, ельцинская революция - это их общее идеологическое достояние. Без ее "достижений" как неоконская, так и ельцинистская школы внешнеполитического "идеализма" просто теряют смысл.
Во-первых, для неоконов "расцвет демократии" в пост-советском пространстве в 1990х гг - главное историческое достижение их кумиров Рейгана и Тэтчер. Во-вторых, их главная внешнеполитическая цель - глобальный экспорт "демократии" ельцинского типа в первую очередь на БВ, обустройство БВ по ельцинскому образцу.
Отсюда видно, что активная поддержка российских ельцинистов для западных неоконов крайне важна. Что касается их российской пятой колонны в лице Павловского, Белковского и тех, кого они "курируют", то, помимо очевидных материальных благ, у них есть и сильная идеологическая мотивация.
На самом деле, неоконское поощрение ельцинизма - это как раз то, что российские ельцинисты различных мастей гордо и многозначительно именуют "интеграцией русской и западной цивилизаций".
Хорошо известно также, что по циркулярной неоконской логике, они всегда и во всем правы, а корень всех проблем в нерадивости их политических предшественников, кознях "террористов" и прочих врагов "демократии", а также в т.н. "нехватке моральной определенности" (lack of moral clarity). В переводе на человеческий язык, последнее означает просто недостаточную последовательность претворения неоконских идей в жизнь.
Исходя из всего этого, последний текст Храмчихина в РЖ как предсказуем, так и по-своему фееричен. Главное для г-на Храмчихина - умение возбуждать политические эрогенные зоны читателей таким образом, чтобы eльцинистское политическое наследие выглядело наилучшим образом, а во всех проблемах были виноваты предшественники и последователи "дедушки" ЕБНа.
Ровно это Храмчихин и делает. По сути он форматирует дискуссию так, чтобы направить недовольство нынешним курсом - в сторону возрождения благословенных "ельцинских норм". Иными словами, в очередной раз клонируется старая хрущевская идея осуждения оппонента в пользу возврата к идеям отца-основателя, только в данном случае это не Ленин, а Ельцин.
Александр Храмчихин. Верните дедушку!
